Проверка работы с недоступной Ollama показала: если машина с ней просто
выключена, пакеты уходят в никуда и каждый вызов честно ждёт свой таймаут.
Замер: запись одной вещи — 92 секунды, разбор фразы — 154, правка — 30.
Формально всё работало, но пользоваться этим невозможно.
Предохранитель в ollama.py:
- перед дорогим запросом быстрая проверка TCP-соединения (1.5 с вместо 120);
- после неудачи 30 секунд к серверу вообще не обращаемся;
- при успехе результат кешируется на 5 секунд, чтобы не проверять на каждом
шаге;
- смена адреса в настройках и проба адреса сбрасывают паузу, иначе новый
сервер полминуты считался бы мёртвым.
Замер после: те же операции отвечают мгновенно, первая проверка — 1.5 с.
Проверено в двух режимах недоступности: закрытый порт и молчащий адрес.
Тесты закрепляют поведение: запись, разбор фразы и поиск при мёртвом адресе
обязаны укладываться в 3 секунды и работать по существу — вещь записывается
без тегов, фраза разбирается регулярками, поиск идёт по словам.
Co-Authored-By: Claude Opus 5 <noreply@anthropic.com>
cmd.exe читает .cmd в системной кодировке, поэтому русские комментарии rem
превращались в мусор, и cmd пытался выполнять обрывки строк как команды.
Правило «в батниках только ASCII» уже было записано в шапке файла — и всё
равно нарушено, поэтому теперь его проверяют тесты: любой .cmd проекта
обязан быть чистым ASCII.
Ещё две правки по итогам установки с нуля в чистой папке:
- запись .env вынесена из блока if/else в метки: cmd неверно разбирает блок,
внутри которого есть rem-строки и вызов PowerShell с переносами через ^,
и сообщает только «The syntax of the command is incorrect»;
- запуск приложения в конце идёт по полному пути, а не по имени start.cmd —
относительное имя разрешается не во всех оболочках.
Проверено установкой с нуля: клонирование анонимно из публичного
репозитория, venv, зависимости, .env с выбранным адресом, ярлык на рабочем
столе. Личные данные в архив не попадают — ни базы, ни фотографий, ни .env.
Co-Authored-By: Claude Opus 5 <noreply@anthropic.com>
Инсталлятор спрашивает адрес Ollama в консоли, но это можно пропустить
и задать всё с телефона: адрес, модель для разбора фраз, модель для поиска
по смыслу. «Проверить связь» показывает, отвечает ли Ollama и сколько там
моделей; сами модели выбираются из реально установленных, а не вводятся
руками. Если Ollama молчит, предупреждение наверху ведёт прямо в настройки.
Настройки применяются сразу: модули читают их через config.X, а не забирают
копию при импорте, поэтому перезапуск не нужен.
Из веба правятся только OLLAMA_HOST и две модели — по белому списку, потому
что .env читает приложение при запуске. Адрес проверяется на формат, имена
моделей — на недопустимые символы.
Попутно исправлены два дефекта, найденных тестами:
- .env в песочнице теперь тоже свой; до этого прогон тестов перезаписывал
рабочий файл настроек;
- значения проверяются все до применения: раньше неверное имя модели
оставляло уже подменённый адрес Ollama.
Co-Authored-By: Claude Opus 5 <noreply@anthropic.com>
Веб-помощник для домашнего склада: помнит, в какой коробке и в каком месте
лежит вещь, и находит её по названию, тегам и маркировке. Открывается
с телефона, интеллект — локальная Ollama.
Основное:
- структурный ввод «место → ёмкость → предмет» и кнопки
Положить / Забрать / Переместить / Удалить;
- иерархия мест (Гараж → Стеллаж А → Полка 2), ёмкости с кодом «буква+цифра»,
состояние «на руках» для взятых вещей;
- поиск по словам с учётом русских окончаний, теги от модели расширяют
словарь предмета, смысловой поиск — вспомогательный (замеры в search.py);
- фото к вещам и коробкам: съёмка и выбор из галереи;
- правка и удаление всех сущностей, удаление коробки не теряет её содержимое;
- работает и без Ollama: отключаются только разбор фраз, теги и поиск
по смыслу.
Данные (data/, static/photos/) и локальный конфиг (.env) в репозиторий
не попадают. Тесты работают только в песочнице: путь к данным берётся
из окружения, tests/guard.py отказывается запускаться на живых данных.
Co-Authored-By: Claude Opus 5 <noreply@anthropic.com>
alexandClaude Opus 5